Морской царь (украинская сказка)

***

Морской царь (украинская сказка)

Жил себе поживал купец с женою. Был он очень богат и имел сына. Вырастили они сына, оженили его, а там вскоре и умерли; сначала умер сам купец, а вскоре за ним и его жена. Остался сын один со своей молодою женой. И стал он раздумывать: «За какую же мне теперь работу приняться? За какое ремесло взяться? "

Думал-думал и надумал: «Мой батюшка дома не сидел, а все по чужедальним краям ездил. Тем и нажил себе богатство. Буду и я так делать».

Вот нагрузил он три корабля разным товаром, простился со своею женой и поплыл по морю в чужедальние земли.

Ну, поехал он в чужедальние земли, товар свой хорошо распродал, а на седьмом году накупил другого товару, нагрузил уже не три корабля, а целых двенадцать и домой поехал. Несколько кораблей плыло впереди, другие – позади, а он сам в середине. Только выехал он на самую середину моря, а корабль его и остановился; уж что с ним ни делали, на одном месте стоит, не двинется.

Послал тогда купец водолаза, чтоб нырнул в море и поглядел, за что там корабль зацепился. Нырнул водолаз в море, видит – стоит на дне морском дед, держит одною рукой корабль. Спрашивает его водолаз:

– Зачем ты наш корабль держишь?

– Ступай да скажи своему хозяину, если хочет домой вернуться, то чтобы отдал мне то, чего дома не знает, а не даст, то всех потоплю.

Вынырнул водолаз, рассказывает своему хозяину:

– Стоит там на дне морском старый дед, держит одною рукой корабль и передает вам, что коль отдадите ему то, чего дома у себя не знаете, – то отпустит, а нет – то всех утопит.

Купец и говорит:

– Нырни ты к нему да попроси, чтобы дал мне хотя бы три часа сроку подумать, что у меня в доме имеется?

Спустился опять водолаз на дно моря и просит у того деда три часа сроку.

А дед говорит:

– Да не то что три часа, а хоть целых три дня даю сроку.

Вынырнул водолаз, рассказал обо всем хозяину. Стал хозяин вспоминать и записывать все, что в доме у него имеется. Все, все припомнил, только не знает, что родился у него дома сын и что сыну его уже семь лет, что ходит он уже в школу и читать научился. Как припомнил все, посылает водолаза в море:

– Объяви морскому деду, что я готов отдать ему то, чего дома не знаю.

Спустился опять водолаз на дно моря и сказал о том деду. А дед и говорит:

– На слово я не поверю: пускай даст мне расписку, своей кровью написанную.

Надрезал купец тот же час палец, написал кровью расписку, что отдаст, мол, деду то, чего дома не знает, и послал с ней водолаза к деду в море.

Как только взял морской дед расписку, отпустил корабль, и поплыл тот так быстро, что обогнал и передние. А дед взял расписку и понес ее сразу же в город, откуда был родом купец и где проживала его жена с сыном. Отнес и подбросил ее на дороге, а сам приписал:

«Отдал тебя, добрый молодец, отец твой мне в услужение. И выдал он в том расписку, своею кровью написанную. Но ты о том не горюй, я возьму тебя не сразу, а спустя пять лет, когда тебе двенадцать лет исполнится. А как исполнится тебе двенадцать лет, ты покинь отца и мать и ко мне приходи».

А купецкий сын как раз шел из школы, поднял записку, прочитал и говорит:

– Ну, что ж делать, ведь отцовскому слову не перечить, не ставить же батюшку в лжецы.

Жалко было ему покидать свою мать любимую, да и отца было жалко, хоть и не видел он его сроду, а очень любил его, и не хотелось ему его покидать, и горевал он один-одинешенек, матери и слова не молвил, чтоб ее не печалить.

А тут вдруг возвращается отец с двенадцатью кораблями в свой город и всех родичей о том оповещает. Идут родичи и жена с сыном его встречать. Как увидел он свою милую, обнялся с ней, поцеловался, а сына и не заметил, что тот руки к нему протягивает – целоваться хочет. А как увидел – спрашивает у жены:

– А это что за мальчик?

– Да это же наш сыночек, он родился без тебя.

Только тогда и догадался отец, кого он отдал деду, когда тот корабль задерживал.

Вспомнил, только тяжко вздохнул и говорит:

– Вот оно как!..

А сын тотчас же догадался, о чем его отец запечалился, и говорит:

– Не горюй, таточко, ведь не сразу же меня от вас заберут – до двенадцати лет проживу я с вами, стало-быть жить нам вместе еще целых пять лет.

А мать еще ничего о том не знает и спрашивает его:

– О чем вы говорите, мне никак невдомек?

Они ей и рассказали. Сильно горевали отец с матерью и сын. И уж как жалели они своего сыночка! Как любили его!

Вот исполнилось ему двенадцать лет, и говорит он отцу-матери:

– Насушите мне сухариков. Уж пора мне идти к дедушке в услужение.

Насушили они ему сухариков, положили их в торбочку, простились с ним и отпустили его. И пошел он своим путем-дорогою.

Шел, шел и добрел до моря. Пришел и лег отдохнуть. Глядь– стоит на берегу деревцо с красненькими ягодками, и такое рясное. Начал он его разглядывать: «Что оно за дерево? Я такого ни разу не видывал. Уж какой у отца большой сад, всякие там растут деревья, а похожего нету! Что оно за дерево?» А была то калина. Смотрит он на нее, смотрит, видит – летят одиннадцать уточек, а позади двенадцатая. И летят они прямо на него, он тогда поскорей за куст – и спрятался там.

Спустились одиннадцать уточек прямо возле него на берегу и обернулись все красивыми девушками. Разделись и стали в море купаться. Искупались и полетели.

Прилетает потом задняя, двенадцатая. Прилетела и обернулась дивчиной краше всех. Разделась и стала тоже купаться. А купецкий сын вышел из-за куста, схватил ее одежду и спрятался под деревом. Сидит там, молчит, словно неживой. Искупалась она, вышла на берег. Хвать – нет одежды. Вот она и говорит:

– Кто тут? Коль старик – будь мне отцом родным, а старуха – будь родною мне матерью; средних лет человек – будь мне родным братцем иль сестрицей родною; молодой человек – будь мне верным мужем.

Тут он сразу ж и вышел из-за куста и отдает ей одежду. Обрадовалась она, так обрадовалась, что и не рассказать, – ведь стоял перед нею такой казак, что краше и на свете не найти.

– Кто ты такой, казаче? – спрашивает она.

– Я такой-то, – говорит. – Ехал мой отец по морю, а старенький дед остановил его корабль и сказал моему отцу, что ежели не отдаст он того, чего дома не знает (а я-то родился как раз без отца, вот и не знал он про меня), то потопит и его, и всех корабельщиков. Отец не знал ничего, что дома делалось, и отдал меня. Вот и иду я теперь к дедушке в услужение.

– Ну, и хорошо! – говорит его милая, – тот седой дедушка, что держал корабль, мой начальник, а я у него в работницах. У него нас двенадцать. Ты, может, видел, как впереди меня летели одиннадцать уточек: то все мои подружки. Это дедушка задумал меня за тебя посватать. Но только смотри: коль схитришь – будет тебе хорошо, а не схитришь – горе тебе будет. Будет твоя голова на колу торчать, как торчит их уже там одиннадцать. Мой дедушка задумал работниц своих замуж повыдавать, но из всех одиннадцати не нашлось ни одного, кто бы хитростью все одолел. Все пропали.

И указывает она ему на дорогу, как пройти к дедушке.

– Ступай вон тою дорогой: иди, иди, пока не дойдешь до тропочки, что будет слева. Как пойдешь по той тропочке, то иди иди, пока не дойдешь до такого места, где все усеяно гадюками! Но ты не бойся – ступай, не оглядывайся, – они пропустят тебя, а как оглянешься – съедят. Пойдешь, пойдешь и дойдешь до такого места, где кругом только зверье лютое. Ты иди, иди, не оглядывайся, – звери тебя и пропустят. А как пройдешь то место, то увидишь по левую руку на поляне хатку на курьих ножках. В нее и входи – там я живу. Ну, а теперь прощай, мой любимый дружок. Но смотри берегись. Убережешься – хорошо будет, не убережешься – повиснет твоя головушка на колу, как висит их там уже одиннадцать!

Сказала, обернулась вмиг уточкой и – полетела.

Пошел купецкий сын тою дорогой, что указала ему невеста. Идет, и идет, вот и добрел до той тропочки; пошел по тропочке, дошел до того места, что все усеяно гадюками. Но шел он смело, и они давали ему дорогу. Вышел он наконец на поляну и как увидел хатку на курьей ножке, так стало ему весело. Подошел к хатке и стук-стук в оконце. Вышла его милая, отворила ему, повела его в хату, напоила, накормила. И говорит:

– У нашего дедушки нас двенадцать. А сам он живет в пышных хоромах, колдовством занимается, а нас рассылает за двенадцать верст вокруг сестру от сестры. Живут они все в таких же самых хатках на курьих ножках. Ну, а теперь, мой дружок, и спать пора. Скоро прилетит от дедушки вестник. Дедушка, если что приказывает, то посылает своего крылатого вестника по всем двенадцати хаткам, а наказывает тот вестник, что надобно. Но смотри ж, мой дружочек, как прилетит вестник, то, что бы он ни говорил, ты молчи, словно тебя и в хате нету. А там уж пораздумаем, что надо делать.

И уложила она его под лавкой, и свет погасила.

Только они улеглись и задремали, подлетает к окну вестник и кричит:

– Велит дедушка вам всем двенадцати явиться лицом одна в одну, одежда в одежду и черевики в черевики, да чтоб было у каждой по медному пруту; ведь приехал уже дедушкин зять (то бишь, этот вот купецкий сын).

И полетел.

– Ну, теперь, мой любимый, надо за дело приниматься, говорит купецкому сыну его суженая.

Сковала она ему медную булаву и говорит:

– Ступай по такой-то и такой дороге. Подойдешь к железным воротам, и будут там два льва цепями привязаны. Как будешь ты подходить, они кинутся на тебя, но ты крикни: «Молчите, проклятые, лютые звери! Я иду к дедушке в услужение!» – они и пропустят. А когда подойдешь к дверям, замахнись булавой, ударь по ним и разбей их. Дедушка закричит: «Кто там такой?» А ты отвечай смело: «Это я, дедушка, иду к тебе в услужение!» И поведет он тебя туда, где мы будем стоять все в ряд и будем все – и лицом и одеждой одна на одну похожи, и черевики, и все, все будет у нас одинаковое. И буду я стоять такой-то от края, и будет у меня на левой ноге каблучок набок загнут. Ты, хоть и сразу меня узнаешь, а виду не показывай, пройдись раз, другой, будто не знаешь, и к каждой приглядывайся. Дед будет на тебя сердиться и говорить, чтобы ты поскорей выбирал невесту (а не выберешь, то голова твоя на колу повиснет), но ты на это вниманья не обращай и отвечай ему: «Э-э, дедушка, что вы? Это же ведь не яблочко с яблоньки сорвать: отведал – вкусное – и съел, а плохое – бросил; мне с нею век коротать!» и только на третий раз меня выводи. А теперь прощай, мой миленький!

И полетела.

И пошел он, куда невеста ему. указала. Пришел к дедушкиному двору, а у ворот на цепях два льва привязаны. Только они его заметили, как и кинулись на него с ревом. А он на них как закричит:

– Молчите, проклятые, лютые звери! Я иду к дедушке в услужение!

Они его и пропустили. Подошел он к дедушкиному дому и как замахнется своей булавой, как грохнет в двери, так они и разлетелись.

– Кто там? – спрашивает дедушка.

– Это я пришел к вам в услужение!

– Пора, пора, казаче! Ну, пойдем, будешь себе невесту выбирать. Но смотри, коль не выберешь, будет твоя голова на том вон колу торчать.

Пошли. Вышли на поляну. И стояли там все двенадцать и все, как одна. Купецкий сын сразу же узнал свою невесту, но и виду не подал. Прошел раз – не выбрал. А дедушка и говорит:

– Что же ты понапрасну ходишь? Разве ни одна не приглянулась? Выбирай поживей.

– Э-э, нет, дедушка! Это же не яблочко с яблоньки сорвать: вкусное – съел, а плохое – бросил, мне-то ведь с нею век коротать.

Прошелся второй раз – тоже не выбрал. Еще пуще дедушка на него разгневался. А купецкий сын одно ему отвечает:

– Э-э, нет, дедушка, мне-то ведь с нею век коротать!

На третий раз прошел купецкий сын и вывел свою милую.

– Ну, хорошо, узнал! А теперь ступай да погуляй нынче, вот тебе и денежки; а завтра опять сюда приходи. Коль выберешь и во второй раз – будет твоя, а не выберешь – будет твоя голова на колу торчать.

Взял купецкий сын деньги, пошел гулять. Гулял-гулял, а в полночь явился к своей милой ;ночевать. Дала ему милая поужинать и говорит:

– Ну, хорошо, что нынче день прошел счастливо. Дай бог, чтоб еще два таких прошло. А теперь ложись, мой миленький, здесь вот под лавкою и молчи, будто тебя нету, чтоб ты и виду не подал, что слышишь, что говорить станут.

Только они улеглись и свет потушили, летит опять от дедушки вестник. Прилетает и стук-стук в оконце.

– Велит дедушка, чтобы завтра явились все, как одна, и лицо в лицо, и одежда в одежду, и черевички в черевички. Да чтоб было у каждой по серебряному пруту.

И полетел.

– Ну, теперь, мой миленький, надо о завтрашнем дне думать.

Сковала она ему враз серебряную булаву и наказывает:

– Ступай завтра той же дорогой, что шел нынче. Как подойдешь к воротам, и станут на тебя львы кидаться, ты крикни на них: «Молчите, проклятые, лютые звери! Я иду к дедушке в услужение». Они тебя и пропустят. А как подойдешь к дверям (завтра-то они будут куда покрепче), замахнись изо всех сил и разбей. Только разобьешь, а дед закричит: «Кто там такой?» А ты отвечай: «Это я, дедушка, иду к вам в услужение!» И поведет он тебя опять туда, где мы будем все стоять в ряд, а я буду такая-то и такая-то от края, и будет у меня на левой ноге мизинец загнут. Ты, хоть и узнаешь меня с первого раза, но сразу не выводи, а пройдись раз-другой, а уж на третий выводи. А будет тебе дедушка грозить, ты ему отвечай посмелей, что отвечал и нынче.

На утро, только свет в оконце, простилась она с милым, и – полетела.

Пошел и он туда. Только подошел к воротам, а львы на него кинулись и зарычали. А он на них:

– Молчите, проклятые, лютые звери! Я иду к дедушке в услужение.

Они его и пропустили. Подошел он к дверям и как замахнется булавой, как ударит, так двери и разлетелись!

– Кто там? – кричит из дому дед.

– Это я, дедушка, иду к вам в услужение.

– Пора, пора! Ну, идем, будешь выбирать свою суженую. Но смотри, коль не выберешь – то к тем одиннадцати головам, что торчат на колу, прибавлю твою двенадцатую.

– Что ж, дедуся, воля ваша.

Пошли. Пришли опять на поляну, где стояли в ряд двенадцать девушек. Купецкий сын сразу же приметил свою суженую, но прошел раз, не вывел, прошелся второй раз – тоже не вывел. А дедушка ему говорит:

– Что ж ты, такой-сякой, неужто тебе ни одна не приглянулась?

А он опять-таки отвечает:

– Э-э, нет, дедушка! Это ж ведь не яблоко с яблоньки сорвать: вкусное – съел, а плохое – бросил, мне-то ведь с нею век вековать.

На третий раз вывел он.

– Ну, добро! – говорит дед. – А теперь ступай и гуляй, а завтра приходи, если и завтра выберешь – будет она твоя.

И дал ему много денег. Гулял-гулял купецкий сын, а после полуночи к милой возвращается. Поужинали и спать улеглись. Только успели свет потушить, летит от дедушки вестник.

Стукнул в оконце и кричит:

– Велит дедушка явиться вам завтра всем, да чтоб были лицом в лицо, одежда в одежду, и черевички в черевички, и чтоб у каждой было по золотому пруту.

– Хорошо! – ответила она ему.

Вмиг сковала она милому золотую булаву и говорит:

– Смотри ж, мой дружок, делай все и теперь, как первые два раза. Подойдешь к воротам, скажи львам то же самое; подойдешь к дверям, булавой их разбей, а как будешь выбирать, дважды пройдись, а уж на третий раз и выбирай.

Утром поднялась его милая и опять улетела. Пошел и купецкий сын туда. Подходит к воротам – львы опять на него кинулись. А он крикнул на них:

– Молчите, проклятые, лютые звери! Иду я к дедушке в услужение.

Они его и пропустили. Подошел к дверям да как замахнется, как ударит по ним, они и разлетелись.

– Кто там? – спрашивает дед.

– Это я, дедушка, иду к вам в услужение.

– Пора! Пора! Ну, пойдем выбирать твою суженую.

Прошелся купецкий сын раз, не узнает свою суженую (а он-то сразу ее узнал), а дед все кричит на него. Прошел в другой раз, тоже не выбрал. А дед пуще прежнего на него кричит. Прошелся он еще и на третий раз вывел.

– Ну, хорошо! Пусть будет она твоя навеки.

Обвенчали их и свадьбу сыграли. Нагрузил ему дед золота и серебра целых двенадцать кораблей, и поплыла молодая чета к отцу-матери.

Как приехал купецкий сын домой, созвали на радостях гостей, второй раз устроили свадьбу.

И я там был, мед-пиво пил, по бороде текло, а в рот не попало.

Оставьте комментарий!

grin LOL cheese smile wink smirk rolleyes confused surprised big surprise tongue laugh tongue rolleye tongue wink raspberry blank stare long face ohh grrr gulp oh oh downer red face sick shut eye hmmm mad angry zipper kiss shock cool smile cool smirk cool grin cool hmm cool mad cool cheese vampire snake excaim question

Комментарий будет опубликован после проверки

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)